Мне никогда не приходилось так много
работать и учиться одновременно. Мы конспектировали все, что говорил Поповский, а говорил он, кстати говоря, очень
умные вещи. Сразу же на первом занятии я поняла корень своей главной
проблемы: мне совершенно нечего предложить мужчине.
- Но я красивая, - оправдывалась
я.
- Красивых
много, - обрезал Поповский.
- Я умная…
- Кандидат наук?
- Нет.
- Тогда какая ты умная?
Поповский вновь и вновь ставил меня в
тупик.
- Я
хорошо готовлю… - отчаянно продолжала я перечислять свои положительные
качества.
- Я
питаюсь в ресторанах.
- Я умею делать хороший массаж…
- Я не люблю массаж.
Когда Поповский отклонил мою
кандидатуру, он сказал мне одну страшную вещь:
- Ты
одноклеточная. Ты обычая. Есть женщины правильные и обычные. А есть
счастливые и успешные. Первые всего добиваются сами, если, конечно,
могут. Вторые всего добиваются при помощи мужчин, потому что мужчины их
любят и ценят.
Через неделю меня было не узнать.
Поповский сказал, что мне не хватает женственности, поэтому первое, что я
сделала, это: купила джинсовую миниюбку, чулки в сеточку, обтягивающую
кофточку леопардового цвета и туфли на каблуках. Правда, выйти во всем
этом на улицу, это я так и не решилась. На «Стервологию» я приехала
своих любимых джинсах и кроссовках, а чтобы Поповский не ругался,
незаметно переоделась в кустах перед самым входом в тренинговый центр.
Из кустов я заметила девочку из нашей группы. Она сидела за рулем
"яриса" и за тонированным стекло было хорошо видно, как она натягивала
на свои огромные буфера платье с вырезом. Я мысленно улыбнулась своей
"сестре по разуму" и спустилась в подвал. Мой новый образ Поповскому
очень понравился, и он меня даже похвалил. Сказал, что именно так и
должна выглядеть коварная соблазнительница.
Из динамиков
доносились ритмы R'n'B, и девочки усердно занимались.
- Так, ходим друг перед другом,
выпендриваемся, - сурово твердил Поповский.
Я, никогда не носившая каблуков,
чувствовала, как гудят и болят мои ноги. На этих ногах мне требовалось
еще ходить по учебной аудитории и демонстрировать окружающим свою
красоту. Остальным ученицам были хорошо понятны мои чувства. Кто-то
хромал на одну ногу, кто-то забился в углу с застывшей гримасой ужаса на
лице, а кто-то и вовсе садился мимо стула.
- Я так больше не могу! Владимир,
пощадите нас! – взмолилась одна из девушек.
- Встала и пошла, - грубо скомандовал
он, - Да так, чтобы я тебя захотел прямо здесь и прямо сейчас!
Девушка послушно встала и
поковыляла через весь зал.
- Не вижу страсти в ваших глазах! – подбадривал Поповский, -
Что вы тащитесь, как дохлые каракатицы? Походка должна быть легкой,
уверенной и изящной.
Поповский подошел к проигрывателю и выключил
музыку.
- Девочки, знаете, что вам мешает добиться успеха? Вы
сами. Вас постоянно одолевают какие-то непонятные страхи. Почему вы
боитесь показывать свою красоту? Почему вы так боитесь выпендриваться
друг перед другом? Потому что вы боитесь, что вас осудят. "Белки" в
вашей голове никогда не дадут вам стать счастливыми и успешными. Если вы
так зависите от чужого мнения,то лучше вам оставаться правильными и
обычными, идти домой и жаловаться на судьбу-злодейку. Вы боитесь, что
кто-то вам позавидует. Знаете, некоторые люди так боятся чужой зависти,
что живут так, чтобы им никто не смог позавидовать. Но если вы хотите
иметь то, чего никогда не имели, вам придется делать то, чего вы никогда
не делали...
В этот момент у меня зазвонил телефон, и я полезла
в свою сумку. Он оказался на самом дне, поэтому, чтобы ответит на
вызов, мне понадобилось вытряхнуть из нее все одержимое. Широкие джинсы,
футболка "Саваж", и пара кроссовок упали на пол.
- Доченька, -
послышался мамин голос из трубки, - Надо дедушке посылку передать...
Поповский
медленно подошел к моим вещам и окинул меня презрительным взглядом. Он
понял, что я его предала.
- Мамуль, я сейчас не могу говорить, -
быстро ответила я и нажала отмену вызова.
Поповский выдержал
многозначительную паузу, а затем спросил басом:
- Что это?!
-
Моя одежда... - ответила я, чувствуя, как щеки мои начинает покалывать
от румянца.
- Пошла вон из класса!
- Поповский, я все
объясню. Дело в том, что я шла с работы...
- А на работе что,
мужчин нет?! - продолжал он, и был абсолютно прав, - Девочки, я не
пойму, для чего вы сюда ходите? Чтобы прийти в своих рваных джинсах, и
переодеться за углом для Поповского?! Мол, смотри Поповский, я пришла на
каблуках. Мне лично это не нужно. Если вы стесняетесь и боитесь ходить в
красивых нарядах по улице и привлекать мужчин, то вам, милые дамы здесь
не место.
В аудитории повисла неловкая тишина. Все девочки
уставились на нас. Среди них тоже были те, кто переоделся, перед самым
входом в здание, но за всех отдувалась я одна.
- Значит так, еще
раз я замечу, что вы переодеваетесь перед нашей школой - больше не пущу
на порог. И деньги за обучение не верну. Это будет вам уроком. Стервой
нужно быть не только на занятиях по "стервологии". Если вы хотите, чтобы
у вас все получалось - стервой надо быть всегда! Надо мыслить как
стерва, одеваться как стерва. Вы должны научиться любить этот образ! Вы
должны ходить по улице в миниюбке и кайфовать от того, что на вас
смотрят.
Поповский был абсолютно прав. Видимо, мне такой никогда
не стать. Я совершенно другая. Я никогда не стану стервой. Образ
"хорошей девочки" мне гораздо привычней. Видимо, зря я пришла в эту
школу. Я стояла посреди аудитории, и мне хотелось разрыдаться у всех на
глазах. Я держалась. Сейчас закончится занятие, и я попрощаюсь с
Поповским навсегда.